Украина vs Россия: война на выживание

В годовщину трагедии в Илловайске вновь слышны голоса о «необходимости назвать всё своими именами. Войну-войной». Да, то, что на Востоке страны идёт война — не секрет. На первый взгляд, всё просто — говорим как есть и бьёмся до последнего.

Согласен. Такая точка зрения имеет право на существование. Более того, она оправдана и моральна. Но политика, говорят, это искусство компромиссов. Вот о них и поговорим.

Сказка или экскурс в историю

Помните весёлую ситуацию с судном «Фаина»? Тем самым, которое везло танки и оружие якобы для Кении а на самом деле для армии Южного Судана. Да именно туда – посмотрите в той же Википедии или на ресурсах по вооружению папку «Вооружённые силы Кении». Ну нет там Т-72. Нет и всё. А вот в уже независимом Южном Судане странным образом есть.

Ну да не об этом разговор. Итак, Украина продала вооружение одной из воюющих сторон в гражданской войне. И тем самым нарушило правило «не торговать» с теми, кто ведёт войну. Нет, торговать можно. Но если ты союзник (то есть зафиксировал свой статус законом) или парламент принял отдельное решение по данному вопросу (тоже закон).

Было по-другому. Втихаря отправили судно. И (возможно не без участия «друзей») об этом судне узнали пираты. Дальше была долгая мыльная опера по «сбору средств» отдельными политическими партиями, были поиски владельца судна и владельца груза, были заявления правительства «а ми що?», были звонки отчаявшихся пиратов на украинские телеканалы «где деньги б***?» и был выкуп.

Вроде всё закончилось хорошо. Но, заметьте именно после этого судна все серьёзные разговоры о европейском пути Украины были фактически свёрнуты. Нет, последний год президентства Ющенко были встречи, красивые слова. Но красивые слова и конкретный план действий – разные вещи. Вот и обсуждали «как мы будем обсуждать предложения по формированию плана действий».

Продолжение сказки или почему АТО, а не война.

Почему так обошлись с «оранжевой Украиной» в 2008-2009 годах? Всё просто — Украина нарушила правила поведения. И стране ещё повезло, что армия Южного Судана победила и эта маленькая, но гордая африканская страна стала независимой. Ну нельзя так просто торговать с воюющими сторонами. Как государствами, так и «повстанцами». Независимо от их правоты. Сочувствовать, восхищаться, переживать можно. А помогать оружием нельзя.

Исключением из правила являются страны-союзники. То есть те, кто формально (законодательным актом) подтвердил свой союзнический статус. Или государства, которым в принципе уже и так наплевать на мнение мирового сообщества. Например, соседняя Беларусь, которая находится под санкциями ЕС и США с 2001 года. Беларусь, кстати и обеспечивает во многом украинскую армию. За деньги — но альтернативы этим поставкам пока нет. А заодно Лукашенко решает вопросы выхода из-под санкций. Ведь правильная позиция (и в том числе конкретные сделки, выручающие Украину) не остаётся незаметной теми, кто боится сам запачкать «белые перчатки дипломатии».

Хорошо, если бы Беларуский ВПК был мировым лидером. Это бы решило много проблем. Но увы, не во всём сосед может помочь. А иные источники поступления оружия, ремонта техники пока закрыты. В случае войны (как с соседом так и гражданской) будут закрыты намертво.

Украинское правительство ведёт переговоры. И тут одним из ключевых элементов является тезис «у нас не война а АТО». Что даёт партнёрам (той же Литве, Польше) возможности поставки вооружений. Игры, так сказать роли посредника.

Россия это видит. И не зря российские дипломаты прилагали столько усилий, чтобы вбить в головы политиков в Европе тезис о «гражданской войне в Украине». Ключевое слово тут — война. И если это будет признано формально, то даже Лукашенко будет серьёзно ограничен в возможностях «толкнуть оружие на юг». Кроме того констатация факта войны с РФ есть объявление войны. С фактической точки зрения — это полный абсурд – украинцы не нападали на Россию. Но если говорить о языке дипломатии — кто первый направил ноту, тот и объявил. Увы, дипломаты украинского МИД смогли зафиксировать в документах разве что факт «аннексии Крыма». Но не факт «нападения России на Украину». Дипломаты плохи? С одной стороны они такие как есть. С другой вопрос в банальных бюджетах на лоббирование и рекламу страны. Украина не тратила ничего. А Россия вливала и вливает миллиарды в «поддержание имиджа». Поэтому ни Меркель, ни Оланд не признают, факта «начала войны Россией». Не признают это и в совбезе ООН. Увы, это реалии. И в этих реалиях слово «война» в официальных документах Украины равно слову «объявление войны».

Заговорив о моей Родине, стоит рассмотреть ещё одни аспект «объявления войны России».

Беларусь является союзником России. И не согласно «меморандумам» а согласно межгосударственным договорам. То есть документам, обязательным к исполнению. Пока слово «война» не произнесено — Лукашенко с радостью (и выгодой) вооружает украинскую армию. В противном случае вынужден будет реагировать. Тут варианта два. Если российские лоббисты протолкнут тезис «об объявлении Украиной войны» — линия фронта на всей протяжённости беларуско-украинской границы. Беларуские войска возможно и не пойдут на штурм Киева или Луцка. Но территорию для российских войск Беларусь вынуждена будет предоставить. А теперь посмотрите на карте расстояние от Беларуси до Киева. Та же Точка-У или Ураган спокойно накрывает цели в столице. Вы готовы завтра искать бомбоубежище на Оболони или Троещине? А после обстрела Мариуполя, думаю, ни у кого нет сомнений в реальности такого варианта. Ну и самое простое — есть у Украины сегодня ресурсы для того, чтобы намертво закрыть этот участок границы. Как от прямого вторжения, так и от проникновения ДРГ? А это по самым скромным прикидкам — тысяч 30 солдат и офицеров. С положенным набором вооружений и техники.

Но это всё мелочи по сравнению с другим. Экономикой. Если даже Беларусь не вступит в конфликт и не предоставит территории для войск РФ остаётся вопрос торговых санкций. И тут Украина более чем уязвима.

Первое. Думаю, не раскрою секрет, сообщив, что украинские ВВС заправляются беларуским авиационным топливом. До весны 2014 заправлялись российским. Увы, глубокая нефтепереработка в стране фактически умерла ещё 4-5 лет назад. Это данность.

Второе — рынок обычного топлива. Тут более половины – тоже импорт. И тоже из Беларуси.

А теперь, любители слова «война», ответьте на несколько простых вопросов:

1. Чем будут заправляться украинские самолёты?

2. Что будет в баках украинских танков и БТР?

3. Да, есть же 50% из других источников. Но -50% топлива – это отсутствие подвоза хлеба и продуктов в часть магазинов, рост цен — «свободный бензин» подорожает в разы. И, да, ограничения на заправку личного транспорта (в том числе и маршруток). Господа, вы к этому готовы? К дефициту, к транспортным проблемам и невозможности доехать до работы и т. д.?

Да, поставки может будут. Но не факт — есть ограничения в торговле с воюющими сторонами. И уж точно не сразу после закрытия привычного канала покупки топлива. А своих запасов в случае военных действий хватит даже не на месяцы — на недели.

И вновь об оружии. Только в это раз ещё и о добровольцах и союзниках

Итак, продавать оружие стране в состоянии войны могут лишь союзники. Но странно, формально идёт АТО, а летального оружия в Украину по большому счёту никто не поставляет.

Вначале о «союзниках». Ну нет их у Украины, нет! Об этом недавно даже многобукофф писал. Вкратце – союзник – это тот, кто заключил договор (именно договор, а не «меморандум». Или тот, чей парламент принял соответствующий закон. Украинская дипломатия не смогла добиться ни первого ни второго. Поэтому союзников у страны нет. Есть «сочувствующие» и «переживающие». Не более. Но даже эти товарищи не спешат поделиться арсеналом.

Почему? Факторов много. Остановлюсь на одном. Том, который обеспечил защиту страны в начале кризиса. И он же, увы, сегодня является аргументом противников Украины. Речь идёт о добровольческих батальонах.

Я готов тысячу раз повторить то, что это движение — позитивно по своей сути. И то, что оно спасло на определённом этапе страну. Но я так же готов повторять то, что сегодня (даже не сегодня — «позавчера») государство должно срочно решить вопрос, как их вписать в легальные рамки.

Сейчас напишу фразу, которая покоробит многих. Сегодня добровольческие батальоны — это фактически незаконные вооружённые формирования. Почему так? Откинем эмоции. Закон о них есть? — нет. Право на ношение и использование боевого оружия гражданами есть? — нет. Значит незаконные.

И тут мы подходим к летальному оружию. Вот вам ещё один аргумент. Поражение Украины для развитых стран, кого принято называть союзниками (хотя на самом деле союзников то у Украины нет — писал об этом недавно) будет неприятно, но не критично. Политики в Европе и США не столько бояться краха Украины как государства, сколько разрастания конфликта или перевода его в постоянную горячую точку (именно поэтому так популярен тезис о «заморозке» конфликта). А ещё больше они бояться попадания оружия на их территорию. Или территории, где в конфликте участвуют их граждане. Согласитесь, неприятно, когда, например, американский танк в том же Афганистане будет подбит американским же джавелином.

Невозможно, – скажете вы! – мы воюем за независимость и Украина надёжный партнёр. Теперь объясните это партнёрам. Ведь оружие на фронте попадёт в руки тех же добровольцев. А это – незаконные вооружённые формирования (почему — читай выше). А разбираться кто патриот и кому из добровольцев можно верить — на это у дипломатов нет времени и желания. Они согласны закрыть глаза на специфику вооружённого противостояния. Но при одном условии — наличие хоть каких-то формальных рамок. Хоть какого-то закона.

Без него весь мир будет восхищаться мужеством украинских граждан, сопереживать, говорить красивые слова, приводить в пример своим гражданам украинскую жертвенность. Но оружия не даст. Равно как и товаров двойного назначения — тех же двигателей для автомобильной техники.

И тут как говориться, мяч на поле украинских властей. Вот, скажут некоторые из сетевых патриотов — правительство в отставку, президент — предатель. Ну список, в принципе, можно продолжать бесконечно. Но, извините, закон кто принимает? Рада. А кто её выбрал?

Да, депутаты разработали сразу несколько предложений. Одно из самых известных — законопроект о ДУК, предложенный Ярошем. Но все они имеют одно «но». Типично украинское — не решён вопрос «а кто будет гетманом?». Одни предлагают быстро разрешить частные военизированные организации. То есть без общего командования. Подход неплох, но создание таких структур требует ресурсов. У кого они есть? Ага. Вот и получаем боевое крыло у каждой политсилы и небольшие армии у всех без исключения украинских олигархов. А где добровольцы? А нет их в этой схеме — у них нет ни финансовых ни людских ресурсов (юристы-профессионалы), которые смогут быстро пройти специфичную работу украинской системы. Ведь исполнительная власть — пока ещё зеркало законодательной – квотный принцип распределения должностей в силе.

Можно было бы «обидеть всех» — то есть создать единую структуру. В значительной мере автономную, и подчинённую (как все силовики) верховному главнокомандующему в самом верху своей пирамиды. Но тут снова проблема — любимые всеми политики не особо жаждут такого сценария — ведь это усиление роли президента. Причём смотрят не на логику «функционала каждой должности» а на персоналии. То есть «мы не против, но когда президентом станет наш лидер».

А оружие, повторю, нужно уже сегодня. И разгонять добровольцев – не в интересах Украины. Исполнительная власть в таких условиях пошла по пути «ну если невозможно решить проблему в целом — будем решать по частям». Вот и просят, договариваются, вынуждают, вытесняют добровольцев в состав существующих силовых структур. А иначе — продолжение сказки «Украина против России а весь мир смотрит и сочувствует поедая попкорн».

Путь не идеален. Не решена проблема с иностранцами, воюющими и умирающими за Украину, не решена проблема званий (комбаты зачастую не офицеры) и так далее. Но, повторю, альтернативные пути — через Раду. Все остальные варианты решений – незаконны. Ну не может исполнительная власть своим решением создать новую силовую структуру. Закон не позволяет.

Поэтому вопросы к депутатам, которых сами избрали. Вот у этих красивых и патриотичных товарищей и можно спросить «что ты сделал». То есть не выступил гневно с трибуны, не съездил к добровольцам «чтобы морально поддержать». А какой абзац нужного законопроекта ты или твои помощники написали – ведь это и только это является его работой, его функцией. Всё остальное или непонимание депутатом своих обязанностей и своей функции или то, что называется красивой аббревиатурой PR.

Ну вот, и если ответа (текста законопроекта, предложений и т. д.) нет – такой депутат. Которому, кстати (как и его штату помощников) сами избиратели платят зарплату.

Sorry, the comment form is closed at this time.